РАЗДЕЛ 3. ТРАПЕЗУНДСКИЕ ГРЕКИ

Глава I. География и начальная история Понта

Под трапезундскими греками подразумевают не только жителей собственно города Трапезунда. Исторически так сложилось, что, начиная с XIII века н.э. Трапезунд стал столицей Трапезундской империи, а после завоевания ее турками (в середине XV в.), административным центром области (вилайета) Трапезунт (по-турецки - Трабзон). Греческие жители и того, и другого государственного образования тяготели всегда к своему центру, и он обеспечивал определенную однородность греческой культуры всех окрестных поселений - деревень и городков. Поэтому выходцев с этой территории, которые, как я уже говорил, составили основную массу российских греков кавказского побережья Черного моря, правомерно собирательно называть именно трапезундскими греками.

Но во время основания г. Трапезунда и других полисов на юго-восточном берегу Черного моря такой однородности не было. Хотя большая часть городов на этом побережье была основана милетянами, все они были, по крайней мере, культурно, независимы друг от друга, имели свои традиции и свои интересы, иногда входящие в противоречие с интересами других греческих полисов.

Основная часть Трапезундской империи занимала полосу вдоль побережья между городами Батуми и Синопа в 100-150 км глубиной. Именно жизнью населения этого пространства суши мы, в основном, и будем интересоваться.

Основное ядро Трапезундской империи составило Понтийское царство или просто Понт, под которым стали понимать также и географическую область северо-востока Малой Азии. Границы этой области в зависимости от политической ситуации менялись, но, географически ее можно ограничить следующим образом: на севере - Черным морем, на западе - рекой Галис (Кызыл Ирмак), на юге двумя реками, текущими в верхнем течении в широтном направлении Ликием (Келькит) и Акампсисом (Чорохом), и на востоке - тоже рекой Чорох (см. рис.).

По своим условиям этот регион Малой Азии существенно отличается от ее внутренних (континентальных) областей, занимаемых армянским и анатолийским плато. От последних эта прибрежная полоса отделена хребтами гор, достигающих 2-3,5 тыс. метров над уровнем моря. Три горные цепи - Зигана Даглары, Демир Даг и Татос Даглары (современные названия) - преграждают путь с севера на юг и обратно. Лишь несколько перевалов, важнейшим из которых был Зиганский проход (Понтийские ворота), и дороги по долинам рек Филабонитис (Харшит), Ликий (Келькит) и Ирис (Йешиль Ирмак) соединяли Понт с внутренними районами Малой Азии. Широко использовались поэтому морские пути по Черному морю.

В рассматриваемом нами районе Понта можно условно выделить три географические и климатические зоны. Первой из них является прибрежная полоса с мягким субтропическим климатом, где средняя температура самого холодного месяца составляет +7,5°С, а самого теплого - +22,5°С.

В районе Трапезунда в настоящее время (и следует думать, что и ранее) за год выпадает в среднем до 875 мм осадков, в то время как за пределами этой зоны на западе осадков меньше, а на востоке - значительно больше (в Батуми, например, до 2500 мм в год). Вторую зону составляет полоса предгорий и высокогорных пастбищ (на понтийском диалекте греческого языка - "пархар"), и, наконец, южнее за перевалами открывалось засушливое плато - третья зона, лишенная значительной растительности, с резкими перепадами температур между летом и зимой и другими признаками континентального климата. Следует также отметить, что в предгорных районах, в полосе между побережьем и горными хребтами климат был более суровый, чем на побережье, но, начиная со средневековья, довольно значительная часть населения Понта сосредоточилась именно в этих районах, как более удаленных от путей проникновения неприятеля и, тем самым, более безопасных. До этого периода в источниках нет упоминаний о таком множестве населенных пунктов, которые мы знаем к началу XX вена, времени окончательного выселения греков из Понта.

О древнейшем населении севера Малой Азии - хаттских племенах касков, мы упоминали. Начиная с середины II тыс. до н.э. в эти районы начали проникать индоевропейцы: сначала хетты, потом, так называемые "старофригийцы", предки армян; затем просто фригийцы. По-видимому, к моменту прихода сюда греков основное население этих мест состояло из различных племен хаттского и фригийского языка (в том числе и "старо­фригийского"). С конца I тыс. до н.э. с востока сюда начали просачиваться и картвельские племена чанской группы языков.

К середине I тыс. до н.э. здесь упоминаются следующие племена: тибарены, мосиноки, мары, дрилы, колхи, макроны, бехиры, левкосирийцы, халибы, санны, таохи, саспиры, скифины и некоторые другие. Часть из них можно надежно идентифицировать, происхождение других неизвестно до сих пор. Положение усугубляется и тем, что, как отмечал неоднократно Страбон, варварские племена часто меняли свои названия. Кроме того, древние греки довольно часто переносили название прежних жителей территории на вновь занявших эти места (например, скифами продолжали называть и гуннов, и хазар, и даже южных русских); колхами называли всех жителей Колхидской низменности.

Именно, на территориях этих племен, греки организовали свои колонии. Как мы отмечали, колонизация редко сопровождалась насилием, во-первых, потому, что пустующих земель было много, а во-вторых, эти племена жили ближе к предгорьям в зонах со здоровым климатом и хорошими почвами. Выгоды, которые получали местные жители от существования греческих городов, намного превышали их потери от изъятия земли.

Все эти народы управлялись первоначально собственными племенными старейшинами, вождями, князьями. С расцветом персидской державы они подпали под власть персидских царей, выплачивали им дань и выставляли воинские отряды для введения войн.

Дарий I сделал из этой области сатрапию, отдав ее в наследственное правление персу Артабазу (502 г. до н.э.). Первым, принявшим титул царя Понта, был Ариобарзан, от которого идет династия понтийских царей. Независимое понтийское царство начинается с Митридатидов, первый из которых подчинился Александру Великому и содействовал ему. В эпоху диадохов, т.е. в эпоху царствования в Малой Азии преемников Александра, Понтийское царство получает независимость (при Митридате I Ктисте (Устроителе) в 302 г. до н.э.). Первоначально Понтийское царство распространяло свою власть далеко за пределы Синопа, захватывая части Пафлагонии и Каппадокии. За эти области шла упорная борьба с царями внутренних малоазийских царств Вифинии и Пергама на протяжении более двух веков. Митридат VI Евпатор (прозванный Великим) присоединил к Понтийскому царству всю Пафлагонию, часть Каппадокии до хребта Тавра, все побережье Понта Евксинского до Босфора Киммерийского (Керченского пролива) и часть Таврического (Крымского) полуострова. Столицей его царства был г. Синоп, который он заново отстроил. Но в это время уже на эти области претендовали римляне; в конце концов, Митридат У1 потерпел от них полное поражение и окончил жизнь самоубийством (после перехода сына на сторону римлян) в г. Боспоре (Керчи) (по преданию на Митридатовой горе). После этого всеми этими царствами распоряжались римляне, даруя или отбирая их у потомков Митридата, или упраздняя их и превращая в римские провинции. Со смертью Митридата (63 г. до н.э.) Дейотар получил часть Понта, примерно между реками Галис и Ирис (Галатский Понт), Аристарх, царь Каппадокийский - Колхиду, а остальная часть была обращена в римскую провинцию. При императоре Антонии средняя часть Понта (между р. Ирис и г. Фарнакией) была подарена внуку Митридата - Полемону и стала называться Полемонов Понт, а восточная часть - от Фарнакии до р. Гисса, расположенной несколько западнее р. Акампис (Чорох) - досталась каппадокийскому царю Архелаю (Каппадокийский Понт).

При Полемоне II в 63 г. н.э. Понт снова был обращен в римскую провинцию, а при императоре Константине был разделен на две области западную - Геленопонт (названную в часть матери, имератрицы Елены) и восточную - Полемонов Понт. Из городов Понта наиболее замечательными были: по побережью - Амис, Анкон, Ойноя, Полемоний, Котиора, Фарнакия, Триполис, Каралла, Керасунт, Трапезунт, (со времен императора Траяна - столица Каппадокийского Понта); в глубине Понта - Апсар, Газелон, Фаземон, Амасия (родина Страбона, столица Галатского Понта и Геленопонта), Зела, Газиура - позднее Севастополь (резиденция Понтийских царей), Комана Понтийская, Кабира, Неокесария (главный город Полемонова Понта), Себастия, Камиса и др.  

Существовало множество более мелких городков и поселений. Некоторые из них на время приобретали важное значение, затем исчезали со страниц истории. Немало крупных городов было разрушено и пришло в запустение - об этом неоднократно упоминает "отец географии" Страбон, сам уроженец Понта (тоже понтийский грек!). Страбон жил на рубеже нашей эры, был связан с правящей элитой Понта узами родства, и его описание этих земель и событий в них очень живы и достоверны. Но это не первое такое описание Понта.

Благодаря счастливому для историков стечению обстоятельств на четыре века раньше еще один грек, ставший затем историком, прошел по этим местам. Я говорю о Ксенофонте, одном из военачальников отряда греческих наемников персидского царевича Кира. Этот отряд, численностью примерно в 13 тыс. человек был присоединен к большой армии, собранной в 401 г. до н.э. сатрапом Лидии, Фригии и Великой Каппадокии персидским царевичем Киром в целях свержения с престола своего старшего брата - царя Персии Артаксеркса II. В результате случайности Кир погиб в решающем сражении при Кунаксе, вблизи Вавилона, и, несмотря на победу, одержанную греками над войском царя, армия Кира распалась, и эллинам пришлось возвращаться на родину, силой прокладывая себе путь. Поскольку Артаксеркс воспрепятствовал им двигаться по кратчайшему пути, грекам пришлось подняться, следуя берегом р. Тигр, до Армении и, затем перевалив горы, пробиться к Черному морю. Здесь они вышли к г. Трапезунду и далее продолжали уже путь по берегу моря вплоть до г. Котиоры (теперь, по-видимому, Орду). Затем на кораблях, через Синопу и Гераклею, они достигли областей Греции.

В дальнейшем Ксенофонт поселился в своем поместье и из воина превратился в одного из знаменитых историков древности. Поход во главе греческих наемников он описал в мемуарах под названием "Анабасис". Известия Ксенофонта интересны не столько описанием греческих городов Понта и жизни греков (этому как раз в Анабасисе посвящено мало места), сколько описанием окрестных племен (первым таким "бытовым" описанием), в среде которых жили понтийские греки. Может быть, в нравах, обычаях, антропологическом типе этих местных жителем следует искать особенности присущие жителям каждого района трапезундской области.

Со времен Александра Великого Малая Азия начала подвергаться эллинизации. Не только отдельные города и области, но большая часть населения овладела греческим языком; греческая культура проникла повсеместно. Наряду с этим население пользовалось своими языками и традициями. Завоевание римлянами Малой Азии не изменило положение. Образование Восточной Римской империи (называемой учеными для краткости Византией) способствовало усилению однородности населения и культуры. Но, по-видимому, нет оснований утверждать, что племена и народы, населявшие Малую Азию, и, в частности, Понт, слились в это время в единую нацию; даже и с принятием в Византийское империи в качестве государственной религии христианства сохранились различия между частями империй.

Как мы видим на примере других империй, близких к нам по времени, например, Российской, этнические особенности народов (язык, обычаи и пр.) способны сохраняться столетиями, несмотря на включение их в другую языковую и идеологическую общность. Имеющиеся данные указывают лишь на то, что эллинизация прибрежных районов (и Средиземноморских, и Черноморских) протекала быстрее, чем внутренних, ибо первые подверглись ей значительно раньше.

В отношении Понта (Понтийского Царства и всех последующих царств на этой территории) достоверно известно, что государственным языком здесь был греческий и культура основной части общества, особенно городского, тоже была греческой. Поэтому Понт стал впоследствии органической частью Византийской империи и по культуре, и по духу, поскольку жители здесь, судя по всем источникам, считали себя исконными жителями греческого мира. Название, которое они усвоили - ромеи, т.е. римляне - фактически объединило в себе два момента: признание византийского единства и оформление новой общности или этноса, в основе которого, хотя и лежали греческий язык, культура и гены, но который вобрал в себя многое от окружающих племен и народов. Те же самые колхи, мосинойки, халибы, тибарены и прочие племена, прежде населявшие Понт, стали со временем ромеями, смешав свои гены с генами выходцев из Эллады.

Хотя Понт был далекой провинцией Византии, но он выполнял важную роль форпоста в столкновениях с Парфией и Персией. Через Понт Византийские императоры проводили свою политику в Колхиде и Иберии, и даже в Крыму. В это время Понт становится Византийской провинцией под названием Халдия.

В Византийской империи также как и в других средневековых государствах, особенно европейских, шел процесс феодализации - укрепления и усиления правителей провинции и областей, претендующих на отделение и независимость от центра. Бурная и трагичная история Византийской империи хорошо известна. Благодаря богатству и дипломатическому искусству, императорам довольно долго удавалось сохранять целостность империи, несмотря на набеги со всех сторон. И, может быть, Византия сумела бы выдержать и турецкое нашествие, если бы за два века до этого не проследовало через нее четыре крестовых похода. "Братья-христиане" со всей Европы под знаменем господним не постеснялись по пути в Иерусалим, который они шли "освобождать" от неверных - мусульман, разграбить Византию и разделить ее на куски. Организовав на обломках Византийской империи кучу герцогств, они способствовали отложению и местных феодалов. На это время приходится и возникновение Трапезундской империи.

Трапезундская империя возникла [19] как самостоятельное государство в 1204 г., одновременно с захватом Константинополя крестоносцами в бывшей византийской провинции (феме) Халдия, населенной в это время, в основном, греками, лазами и армянами. Фактически уже с конца XI - первой половины ХII века на Понте существовало полунезависимое феодальное княжество, управляемое династией Тавров-Херонитов. Но только предельное ослабление Византии в конце ХII в. - начале ХIII в. и благоприятное сочетание внешних и внутренних факторов привели к завершению обособления Понта и образованию Трапезундской империи. Важную роль в создании нового государства сыграло грузинское царство Тамары, которое своей успешной борьбой с турками-сельджуками и прямой военной помощью способствовало консолидации этого региона вокруг Трапезунда. С помощью Тамары правителями этого царства стали внуки византийского императора Андроника I Комнина (1183-1185) (состоявшие в родственной связи с Тамарой) братья Алексей и Давид, принявшие громкий титул Великих Комнинов. Первый стал императором под именем Алексея I (1204-1222), а Давид принял на себя управление войсками. Территория империи была разделена на провинции - области: Кастамон, Джаника, Халивия, Халдия, Лазика, Гурия.

С первых же лет существования империи ей пришлось защищать свои южные границы от кочевников-туркмен, стремившихся завладеть сначала высокогорными пастбищами, а затем также и плодородными долинами Понта. С XIV века постепенно начинается процесс образования туркменских эмиратов не только на периферии, но и на самой территории империи. В западных районах Джанике и Халивии сложились эмираты Таджэддиногуллари и Эмиргуллари; восточнее возникает государство Ак-Коюнлу. Туркмены захватывают трапезундские крепости - Иней, Лимний и др. - и делают их своими столицами. Территории эмиратов меняли границы в процессе взаимной борьбы и сопротивления трапезундских императоров. Последние, в конечном счете, не могли помешать образованию этих княжеств и делали хорошую мину при плохом игре, признавая их в качестве своих вассалов. В 1340-1355 г.г. в Трапезундской империи разразилась гражданская война, ослабившая ее и экономически, и в военном отношении. Это еще более способствовало проникновению сюда туркмен.

В военном отношении империя делилась на укрепленные районы - "банды", располагавшиеся по течению рек и имевшие целью перекрывать доступ противника к побережью, где были сосредоточены основные жизненные центры государства. В XIV веке известны, например, 7 банд: Трапезунд, Трикомия, Мацука, Палеомацука, Гемора, Сурмена, Ризи.

Границы империи менялись не только вследствие военного счастья. Нередко в ее состав включались номинально те или иные территории, правители которых признавали вассальную зависимость от трапезундского императора. Во втором половине XIV - первой половине XV веков на таких условиях в состав империи входила Гурия, и возможно, Самцхе (Западная Грузия). Влияние Великих Комнинов порой доходило и до Крыма. В XIV веке трапезундский митрополит фактически распоряжался кафедрой митрополита Алании (на Северном Кавказе). Херсонес и Готские климаты (так назывались области на южном берегу Крыма) до середины XIII века уплачивали подати и выставляли вспомогательные отряды.

Но основной тенденцией в жизни империи было постепенное сокращение ее территории. В 1205-1214 г.г. в состав империи были включены даже область восточнее г. Синопы (Пафлагония). Однако осенью - зимой 1214/15 г. Пафлагония была завоевана никейским императором Феодором I Ласкарем (1208-1222), а Синоп был взят I ноября 1214 году иконийским султаном Иззад-дином Кай-Каусом (1210-1219). В 1254 году Синопа была вновь присоединена к империи до 1265 г. А в начале Х1У века под властью трапезундского императора находилась лишь территория к востоку от Керасунта, т.е. половина былой территории.

Тем не менее, это небольшое государство выдержало борьбу с сельджуками (1204-1265), сумело отвратить в середине XIII века монголо-татарское завоевание, стало свидетелем возвышения и распада державы Тимура и пало оно на 8 лет позже Константинополя в 1461г. - последняя искра Восточной римской империи. На месте Трапезундской империи был организован эйялет, а затем вилайет (административная область Османской империи) Трапезунт - Трабзон.

Дальнейшая история вилайета Трапезунд - это история части Турции, где немусульмане считались людьми второго сорта и не имели мало прав. По этой причине в сочинениях турецких историков о греках почти нет упоминания, хотя они составляли немалый процент жителей этой области. При необходимости греков переселяли в другие районы Османской империи, не спрашивая у них на то согласия. Так завоеватель Трапезунда Мехмед II большинство ремесленников-греков, лазов и др. переселил в Стамбул, а опустевшие кварталы заселил турками.

Некоторое оживление в известиях о греках и греческих древностям начинается с XIX века, когда в результате ряда поражении от европейских коалиций с непременным участием России Турция признала покровительство России над православными жителями Османской империи, российские и европейские путешественники и историки посещают Турцию и, в частности, трапезундский вилайет, описывают греческие древности и рассказывают кое-что о современных им греках. К сожалению, все же чаще внимание обращалось именно на древности, а люди, тоже в каком-то роде, посланцы древности, оставались за пределами интересов историков. Поэтому этнография в широком смысле, включая изучение языка, фольклора, преданий, антропологических типов, и пр. в отношения понтийских греков почти не разработана. А, возможно, она могла бы дать интересный материал для восстановления картины даже очень древнего периода истории этого края. Несомненно, что греки донесли до наших дней кое-что от всех народов, населявших эти края на протяжении последних трех тысяч лет, по крайне мере, их гены. Жаль, что исследователи упускают последнюю возможность познакомиться с живыми историческими ископаемыми этого края - понтийскими греками.

Глава 2. Греки Понта и их соседи.

Чтобы показать смену времен, я предлагаю сделать серию моментальных снимков жизни этого края, пользуясь письменными памятниками различных эпох.  

О древнем периоде Понта есть сведения в "Перипле" Скилакса Кариандинского, "Хронике" Евсевия, в фрагментах из Гекатея, в "Анабасисе" Ксенофонта, "Географии" Страбона; о нем писали Помпоний Мела (I в. н.э.), Аммиан Марцеллин, Плиний, Зосим и др.

О византийском периоде оставили известия: Прокопий, Агафий и др. Собственно о Трапезундской империи сведения собраны в "Хронике" Панарета; в "Дневнике путешествия" Клавихо, в отчетах итальянских (венецианских и генуэзских) дельцов можно найти некоторые интересные подробности об этой территории.  

О турецком времени существования этого края интересные сведения содержатся в "Книге путешествии" турецкого путешественника Эвлия Челеби, а также в книгах российских, французских, английских и немецких путешественников. Было бы, конечно, полезно создать сборник текстов по истории этого края, но в данном случае ставить такую задачу практически нереально, поэтому речь идет только о некоторых характерных цитатах и их комментарии.

I. Снимок первый. Классическая древность.

Ксенофонт "Анабасис" (400 г. до н.э.) [20] (кн.IV, гл. VIII): "Отсюда (с гор над Трапезундом – А.Ф.) они прошли в два перехода 7 парасангов и прибыли к морю в Трапезунд, многолюдный эллинский город на Евксинском Понте, колонию Синопы в стране колхов. Там они пробыли около 30 дней в деревнях колхов, откуда делали набеги на Колхиду. Базар лагерю предоставляли трапезундцы, которые хорошо приняли эллинов и в знак гостеприимства прислали им дары: быков, ячмень и вино. Они также содействовали им при заключении договоров с соседними колхами, жившими по большей части на равнине, и от тех тоже прибыли дары гостеприимства в виде рогатого скота".

(Кн.V, гл. II): "Когда уже больше нельзя было достать продовольствия с расчетом в тот же день вернуться в лагерь, Ксенофонт, взяв проводников из Трапезунта, одну половину войска повел на дрилов, а другую оставил охранять лагерь. Дело в том, что колхи, изгнанные из собственных домов, собрались в большом числе на горах и оттуда неотступно следили за эллинами.

Однако трапезундцы не повели эллинов туда, где легко было достать продовольствие, так как люди, жившие там, были их друзьями. Но они с готовностью повели на дрилов, которые причиняли им много хлопот, в местность гористую и малодоступную, против самого воинственного из припонтийских племен.

Когда эллины пришли в горную местность, дрилы принялись жечь все те укрепленные поселения, которые, по их мнению, могли быть захвачены, а сами уходили... Но одно укрепленное место было их главным городом, и туда укрылись все дрилы. Вокруг города бил глубокий овраг, ... (укрепление) было окружено широким рвом с валом, и на валу возвышался частокол с поставленными близко друг от друга деревянными башнями ... Внутри города имеется акрополь... Дома… были деревянными".

(Кн. V, гл. III): "На корабли погрузили больных, тех, кому было свыше 40 лет, детей, женщин и все вещи, без которых можно было обойтись ... Остальные пошли пешком, так как дорога была исправлена (трапезундцами по требованию греческого отряда - АВТОР). На третий день похода эллины пришли в Керасунт - эллинский город на берегу моря, колонию Синопы в Колхиде".

(Кн.V, гл. IV): "Прибывшие в Керасунт морем отправились оттуда таким же путем, а остальные пошли по суше. Когда они подошли к границе моссинойков, то послали к ним трапезунтца Тимесития, который был проксеном (гостеприимцем - АВТОР) последних, с вопросом - идти ли им через их область как через страну дружественную или... враждебную. Моссинойки ответили, что не пропустят эллинов. Они полагались на неприступность своих укрепленных мест. (Тогда эллины предложили военный союз другим моссинойкам, живущим по ту сторону гор и являющихся врагами этих - АВТОР)... На следующий день они прибыли на 300 долбленных лодках, причем в каждой лодке находилось по 3 человека... На них были короткие хитоны, не доходившие до колен, плотные как холщевые мешки, а на головах кожаные шлемы вроде пафлагонских, с гребнем посередине, очень похожие на тиару; у них были также железные секиры...

Эллины при грабеже укрепленных мест нашли в домах запасы хлеба, по словам моссинойков, заготовленные о прошлого года по заветам отцов, а новый хлеб, - по большей части полба, - лежал у них в стебле. В амбарах была обнаружена солонина из мяса дельфинов и в различных сосудах дельфинья ворвань, которую моссиноики употребляют так же, как эллины оливковое масло. На крышах лежало много плоских каштанов без поперечных стенок. Моссинойки употребляли их в большом количестве в пищу, отваривая их и выпекая из них хлеб. Встречалось и вино...

При проходе через страну дружественных моссинойков эллинам показали откормленных сыновей богатых родителей, упитанных вареными каштанами, изнеженных, чрезвычайно белых и почти одинаковых в вышину и ширину; спины их размалеваны, а спереди они сплошь покрыты татуированными цветами. Они хотели на виду у всех сойтись с гетерами, которых вели с собой эллины, ибо таков у них обычай. Все, как женщины, так и мужчины, у них белы.

(Кн. V, гл. V): "Страну моссинойков... эллины прошли в восемь переходов и прибыли к халибам. Халибы немногочисленны и подвластны моссинойкам, и живут они преимущественно добыванием и обработкой железа. Оттуда эллины пришли к тибаренам. Страна тибаренов гораздо более плоская, и в ней есть расположенные у моря не очень сильно защищенные поселения... Проходя в течение двух дней по этой стране... (эллины) прибыли в эллинский город Котиору, колонию Синопы в стране тибаренов" (Из примечания комментаторов книги: "Точное местоположение Котиоры не установлено. Скорее всего она находилась на месте современного поселения Орду. После основания Фарнакии около 189 г. н.э. большая часть жителей Котиоры была переселена в этот город. Котиора потеряла свое значение и превратилась в небольшую деревню)... "В это время прибыли послы из Синопы... и Гекатоним (один из послов - АВТОР) сказал: "Эти вот котиориты наши колонисты; мы передали им эту область, отняв ее у варваров. За это они платят нам положенную дань, как делают это и жители Керасунта и Трапезунта..." (из примечания: Синопа находилась с обеими колониями в необычайных для античной метрополии отношениях из-за того, что охраняла их от нападения извне).

2. Снимок второй. Римская эпоха.

На этом ограничимся сведениями из Ксенофонта и обратимся к Страбону, уроженцу Понта. Этот "снимок" был сделан примерно через 300-400 лет после Ксенофонта (но, хотя Страбон творил на рубеже новой эры, часть сведений, им собранных, относятся к началу I в. до н.э.).

(Кн. XII, гл. I): "Что касается Каппадокии, то македоняне захвати­ли ее у персов уже разделенной на 2 сатрапии. Македоняне допустили, частью добровольно, частью против воли, превращение сатрапий в царство. Одно из этих царств они назвали "Великой Каппадокией", другое же - "Понтом", хотя другие называют его Понтийской Каппадокией". Далее Страбон подробно описывает все Черноморское побережье Малой Азии, но нас будет интересовать только Понт. Его западной границей можно считать реку Галис.

(Кн. XII, гл. III): "За устьем Галиса следует Газелонитида, вплоть до Сарамен (названия местностей - автор); это - плодородная, всюду ровная местность, изобилующая всякими плодами. Здесь водятся тонко­рунные овцы с мягкой шерстью, которые во всем Каппадокии и на Понте встречаются чрезвычайно редко; водятся и газели. Одну часть этой страны занимают амисены (жители полиса Амис - автор), другую же Помпей (победитель Митридата VI- автор) отдал Дейотару, также как и области около Фарнакии и Трапезусии вплоть до Колхиды и Малой Армении. Помпей провозгласил его царем всех этих стран..."

"После Газелона идут Сарамена и значительный город Амис. По словам Феопомпа, первыми его основателями были милетяне..., потом туда выслали колонию афиняне... Митридат Евпатор украсил его храма­ми и заложил еще часть его... Кроме прочей прекрасной территории, город владеет и Фемискирой, местожительством амазонок, и Сиденой (местности восточнее Амиса - автор)".

"Фемискира представляет собой равнину... Река по имени Фермодонт... протекает через эту равнину, другая же, подобная ей река, вытекающая из так называемой Фанареи, течет через ту же равнину и называется Иридой (или Ирис - автор)... В силу этого равнина всегда росиста и покрыта травой; она может прокормить стада коров, так же как и табуны лошадей". (Напомним, что по преданию Фемискиру заселили амазонки, которые отсюда совершали набеги на другие районы Малой Азии и, в частности, на греков, пока не были ими изгнаны; таким образом, амазонки тоже могут числиться среди предков понтийских греков - АВТОР).

"После Фемискиры идет Сидена - плодородная равнина, хотя и не столь обильно орошаемая как Фемискира. На побережье ее находятся укрепления: Сида…, Хабако и Фабда. До этого места простирается область Амиса (т.е. границы полиса Амис - АВТОР). Из этого города происходит достопамятные люди по своей учености: математики Деметрий, сын Рафина, и Дионисодор, одноименный с мелосским геометром, и грамматик Тираннион, лекции которого мне довелось слушать".

"За Сиденой находится укрепленный город Фарнакия... Если плыть вдоль... побережья от Амиса, то сначала открывается Гераклов мыс, затем мыс Иасоний и река Генет, потом городок Котиора, откуда была выслана колония в Фарнакию; далее - разрушенный Исхополь, потом залив, в котором расположены Керасунт и Гермонасса - незначительные поселения; недалеко от Гермонассы находится Трапезунт и затем Колхида. Здесь где-то находится одно поселение под названием Зигополь..."

"Над Трапезунтом и Фарнакией расположены тибарены, халдеи, санны, которые прежде назывались макронами, и Малая Армения; аппеты, раньше называвшиеся керкитами, живут где-то поблизости от этих мест. Эти области пересекают весьма скалистая гора Скидис, соединяющаяся с Мосхскими горами, что над Колхидой (вершины ее занимают гептакомиты), и гора Париадр, которая тянется от Сиденском области и Фемискиры до Малой Армении, образуя восточную сторону Понта. Все жители этих горных областей совершенно дикие, однако гептакомиты превосходят в этом смысле прочих. Некоторые живут даже на деревьях или в башнях, поэтому древние называли их мосинеками, так как башни эти называются "мосинами"... Некоторые из этих варваров назывались бизерами".

"Современные халдеи в древности назывались халибами. Как раз напротив их области находится Фарнакия... Вообще побережье в этой области совсем узкое; ведь как раз над ним поднимаются горы со множеством рудников, покрытые густым лесом..."

"Над областью Фарнании и Трапезунта обитают тибарены и халдеи, простирающиеся до Малой Армении".

Далее Страбон описывает внутренние области Понта и над Понтом, которые вряд ли входили в зону влияния Трапезундской империи.

Обратим внимание на следующий факт: по Страбону через 300-400 лет после Ксенофонта прибрежные племена оказываются как бы в горах и ничуть не более цивилизованными. Как это можно объяснить? Могут быть два взаимно противоположных объяснения. Первое: греки вытеснили аборигенов в горы. Второе: греки ассимилировали население ближайших поселений, а оставшиеся в горах жители еще не были вовлечены в сферу греческой цивилизации. Исходя из того, что военные действия могли подорвать хору (сельскохозяйственный округ), незащищенную и легко подающуюся разрушению, мне кажется второй вариант более предпочтительным. В дальнейшем ассимиляции подвергались все более дальние районы и к позднему средневековью здесь почти не обнаруживается прежних племен, другими словами, по моему мнению, все эти племена - моссинойки, колхи, тибарены и пр. жители этих мест стали со временем понтийскими греками, не перемещаясь на новые земли, а только перемешиваясь с потомками эллинов. Может быть, именно этим объясняется удивительное многообразие антропологических типов и лиц современных понтийских греков - от светловолосых и сероглазых великанов до черных и скуластых людей маленького роста.

3. Снимок третий. Средневековье.

От раннего Средневековья (IV-X в.в. н.э.) сохранилось мало сведений о жизни этой части Византийской империи (см., напр. [48]). Имеются сведения в основном военного характера, ибо через трапезундскую территорию взаимодействовала империя со своими восточными и северными соседями (парфянами, персами, армянами, иверами, абазгами, аланами, а впоследствии с хазарами, булгарами и другими тюркскими племенами). По-видимому, эта территория жила одной жизнью со всей Византией. Её основные особенности: православное христианство с его обычаями, церквами, храмами, монастырями; общинное пользование землей; разделение труда, особенно в городах, и образование цехов или гильдий и пр. особенности византийской жизни.

Определенное своеобразие, вызвавшее интерес и со стороны других стран, эта территория приобрела с возникновением на ней Трапезундской империи (царства). Появляются даже хроники, посвященные именно событиям этого государства. Основная среди них "Хроника" Панарета (середина XIV в.). Сведения об обычных жителях империи, их жизни и труде в "Хронике" содержаться в очень малом количестве. Гораздо большее внимание уделено соблюдению императорами обязанностей покровителей церкви: о строительстве храмов, об обетах и молитвах, и т.п. Но "Хроника" дает немало информации о взаимодействии этого государства с соседними народами, но все это, конечно, в форме жизнеописания самих императоров и их приближенных).

Так, например, следующий отрывок характеризует взаимоотношения Трапезундской империи с Иверией [21] (с.37): "В июне месяце 6875 г. (1367 г. н.э.) отправились в Лазику с сухопутным и морским войском, в сопровождении императора, матери его царицы, также дочери императора, Великой Комнины госпожи Анны, которая сочеталась браком с царем иверов и абазгов государем Панкратием Панкратоани (т.е. царем грузин и абхазцев Багратом Багратиони, Багратом V - АВТОР) в области Макро-Айгиалу. На возвратном пути император вынужден был отправиться из Ларахоны в Пархари через Димнию и достиг до Халдии".

Посланцу испанского (кастильского) короля Генриха III ко дворцу Тамерлана в Самарканд Рюи Гонзалесу де Клавихо мы обязаны появлением ценного источника по истории поздней Трапезундской империи (начало ХV в.). Его описание характеризует территориальные масштабы империи этого времени, начавшей терять свои территории в результате завоеваний туркмен. Интересны некоторые бытовые подробности, но их мало. При чтении возникает впечатление, что Трапезундская империя - обычное феодальное государство Средневековой Европы. Поскольку среди историков до сих пор дискутируется вопрос, можно ли считать Византию феодальным образованием или это чуть ли не восточная монархия, следует выяснить, является ли описание Клавихо действительностью или преломлением его опыта. Я приведу довольно обширные выдержки из дневника, характеризующие политическое состояние и положение империи.

Клавихо посетил Трапезунд дважды - на пути в Самарканд и обратно. Первое описание содержит несколько больше подробностей, чем второе.

[22] (стр. 112 и далее): "На другой день 31 марта в понедельник... проехали в гавань турецкого города... Синополи (т.е. Синопа - АВТОР)... Еспандиар, владетель этой земли,... был в другом городе, который находится в трех днях пути оттуда и называется Кастамеа.

"В воскресенье поровнялись с городом, которым стоит в Турции на самом берегу моря и называется Симисо (Амисос, теперь Самсун - АВТОР); в нем есть два замка: один принадлежит Генуэзцам, а другой и самый город мусульману Челеби (по некоторым данным он был из греческих князей рода Комнинов, принявшим мусульманство - АВТОР).

На другой день... пришли к порту одного замка... Хинио (редактор предполагает "Уние" -АВТОР)... У самой гавани на высокой скале стоял город; он был очень мал и населен греками; а на вершине очень высокой горы, стоявшей возле города, был высокий замок, принадлежащий городу, где, говорят, жило около трехсот турок. Этот замок и город принадлежат одному греческому вельможе по имени Меласено, который платит дань Тамурбеку (т.е. Тамерлану - АВТОР)... На другой день, во вторник..., зашли в гавань, которая находится у турецкой земли и называется Леона (по предположению редактора, это искаженное Полемониум, теперь деревушка Пулеман - АВТОР)... В тот же день уехали оттуда и немного спустя поравнялись с маленьким замком… на скале и называется Санкто-Нисио. На следующий день, в среду, ...приехали к городу Гирифонда (может быть Керазонда, Керасунд - АВТОР)... на берегу моря... В полдень поравнялись с большим городом... на берегу моря...Триполь (Триполис, Рипули - АВТОР); эта земля принадлежала императору Трапезундскому. Через некоторое время были у замка... на берегу моря по имени Корила... В четверг поравнялись с замком Санфока... и во время вечерни подъехали к порту по имени Платана. В пятницу выехали оттуда и около вечерни прибыли в г. Трапезонд".

"Этот город Трапезонд построен у моря и стены его идут вверх по скалам, а на самом верху горы стоит укрепленный замок, вокруг которого есть другая стена. С одной стороны его проходит маленькая речка, которая течет глубоко внизу между скалами, и с этой стороны город очень укреплен, а с другой... он очень плоский, однако стены у него хорошие, и он окружен предместьями и садами. Всего красивее в городе одна улица, которая идет по берегу моря в одном из этих предместий, и в этой улице продается всякий товар. На берегу моря стоят два замка с хорошими стенами и башнями; один принадлежит венецианцам, другой - генуэзцам, которые построили их с согласия императора. Вне города есть много церквей и монастырей..."

"...Греки вооружаются луками и шпагами и другим оружием как турки, и так же ездят верхом..."

(Далее Клавихо продолжал путешествие по суше - АВТОР). "Во вторник 29 апреля они шли по тяжелой дороге через очень высокие горы с множеством снега и воды, я на ночь остановились возле замка... Сигана (Зеган), который стоит на вершине высокой скалы; ...он принадлежал греческому рыцарю Кирилео Арбозита... На другой день подошли к замку... Кадака (принадлежащего) Кабасике... Около вечерни они приблизились к замку... Дориле; замок был очень красив снаружи и почти весь новый ".

(Далее начинались турецкие владения в местности Арсинга. На обратном пути Клавихо видимо шел севернее - АВТОР).

"В этот день они вышли из Горгании и вступили в страну Арракиел (вероятно, из Грузии в Гурию - АВТОР). Горганы люди хорошего телосложения и красивой наружности. Вера их вроде греческой, а язык особый... По этим горам они шли 4 дня и пришли к одному дому, стоявшему у моря, от которого было еще шесть дней до Трапезонда. Отсюда они шли дурной дорогой до места, которое называется Ласурмена (Сусурмена, ныне Сюрмене - АВТОР)... Вся эта... земля, которая идет по берегу, покрыта высокими горами и лесами. По каждому дереву в лесу вьется виноград и из него делают вино и никогда не возделывают и не ходят за ним. В этой стране живут куриями, что на их языке значит кучами, т.е. по несколько домов объединяются одни в одном месте, а другие - в другом.. В четверг приехали в Трапезонд".

(Далее Клавихо отправился морем, минуя берега Трапезундской империи, что лишает его сведения дальнейшего интереса для нас.).

4. Снимок четвертый: "Османский мир

Следующих исторический кадр приходится уже на время, когда Трапезундская империя, раз и навсегда, вошла в состав Османской империи. Здесь у нас есть данные XVII века турецкого путешественника Эвлии Челеби (1640-1648 г.г.). Правда, его экскурсы в историю описываемых краев грешат односторонностью, связанной с прославлением "правоверных"; но географические и этнографические подробности достаточно точны. К сожалению, мусульманские авторы считали ниже своего достоинства упоминать о "неверных" - христианах и тем более о покоренных греках, но бытовые подробности, видимо, характеризуют не только жизнь турков, но и остальной части населения края.

Большое место занимает описание Трабзона (Трапезунда) и Амасьи; о других городах Трабзонского эйялета таких подробностей Челеби сообщает гораздо меньше.

[23] (с.31 и далее): В 865 (1461 г. н.э.) году после семидесятидневной осады он (Мехмед II) отнял его (Трапезунд) у греков.. Мехмед-хан, сделав его престольным городом, велел чеканить монету... Три года пребывал он в этом городе..."

"Этот Трабзон - древний город, которых стал местом, откуда восходили на трон четыре падишаха династии Османов..."

"В эйялете пять санджаков: Джатха, Нижний Батуми, Верхний Батуми, Гонио и Трабзонский санджак, где сидит паша эйялета".

"Когда... султан Мехмед (II) захватил эту крепость, он велел переселить из соседних стран людей разного происхождения и заселить ими Трабзон..."

Далее идет описание крепости Трабзона:

"Укрепление состоит из трех частей. Одну называют Нижней крепостью, вторую - Средней. Цитадель называется Башенной крепостью... Нижняя крепость. Её северная сторона возведена на берегу моря. Это четырехугольная, продолговатая крепость... Имеет четверо ворот. Первые ворота - Заганос-капу. Вторые - Сютхане-капу - по имени находящегося вне крепости, на берегу моря христианского квартала. Третьи ворота называются Молоз-капу. Мелкие камешки по-гречески называются "молоз", так как морское побережье того квартала сплошь покрыто мелкими камешками, ворота называются Молоз. На лазском же языке "Молоз" означает разрушающиеся здания, подпертые столбами. Эти ворота открываются в сторону моря... Четвертые ворота - Мумхане-капу. В Трабзоне изготовляют много восковых и сальных свечей, но изготовляют только здесь, у этих ворот, а в других местах не позволено, так как мастерская свечников принадлежит казне... Большинство домов Трабзона стоит лицом к северу, к югу и к западу. Все дома покрыты красной черепицей".

Далее идет описание самого города и его достопримечательностей:

"Описание соборных мечетей... Мечеть Средней крепости. - С давних пор здесь была чрезвычайно нарядная церковь. Потом после завоевания города... она была превращена в соборную мечеть. Внутри мечеть полна света". (Далее следует описания мечетей Катуните и Султан-бея - АВТОР)"

"Соборная мечеть Айя-София - Она находится... на берегу моря. Построена в эпоху неверных... По повелению султана ее отняли у христиан и в 1583 году превратили в соборную мечеть... В этой мечети та­кие высокие колонны из мрамора разных сортов, что в их восхвалении язык бессилен... Она окружена оливковыми садами".

Соборная мечеть Эрдоглу-бея. Эта мечеть стоит в квартале императорского дворца (т.е. дворца Комнинов - АВТОР).

Новая соборная мечеть. - В старину была церковью. Потом была переделана в соборную мечеть, так как находилась в мусульманском квартале". (Далее идут описания Медресе, дома для чтения Корана, начальные школы для мусульманских детей, многочисленные бани (числом около 250), торговые ряды, минареты).

Жители, их занятия и промыслы:

Внешность жителей Трабзона... Его климат прекрасен, а потому все его население - веселый и счастливый народ, любители наслажден и трапез, люди беззаботные и беспечные, прекрасные друзья, преданные влюбленные. Цвет лица у них - румяный. Их женщины - абхазские, грузинские и черкесские - красавицы, и потому их дети такие миловидные юноши и девушки, будто каждый из них - это осколок луны (здесь как и далее, по-видимому, речь идет только о мусульманах, ибо, во-первых, людьми Челеби всюду называет только последних, а, во-вторых, жены из похищенных красавиц были только у турок - АВТОР).

Знаменитые ремесла Трабзона. Во всем свете нет ювелиров искуснее ювелиров Трабзона, таких совершенных золотых дел мастеров...

Еда и напитки... Из кушаний нужно отметить фрукты, особенно черешню, (различные сорта груш - АВТОР), синопское яблоко, (разные сорта винограда и пр. - АВТОР). В Трабзоне есть сорт мелких маслин, которые можно есть незрелыми. Похож этот сорт на черную черешню. Это характерный для этих мест сорт и называется трабзонской хурмой. Ее сушат в печах пекарен и отправляют в разные страны. Очень вкусный плод с двумя-тремя косточками". (Я специально выписал описание этих фруктов, ибо в Абхазии весьма распрастранен сорт яблок "синап", ведущий, вероятно, свое происхождение от упомянутых "синапских яблок", а то, что Челеби называет мелкой маслиной, здесь известно под названием дикой мелкой хурмы, и она, конечно, не маслина, а именно хурма - АВТОР). Знаменитые рыбы. Очень вкусная рыба - морской окунь и кефаль. Здесь водится красноголовая и крапчатая рыба длиной больше пяди (возможно, барабулька - АВТОР) рыба кулур, скумбрия и еще тысяча других видов рыб. Но больше всего лазы любят камсу - ее называют и хамсой тоже... Тут в ходу такие стихи:

Трабзон для нас - весь белый свет,

А денег у нас нет как нет.

И если бы не лов хамсы,

Как упастись бы нам от бед!

О пользе камсы, ее видах и качестве. ... Она до того полезна, что за семь дней питания ею безгранично возрастает жизненная сила человека: очень она питательна и вкусна. Так как во время еды не чувствуется запах рыбы, она не вызывает жажды. Она снимает боли и излечивает человека, поевшего ее... Для трабзонцев характерно пристрастие к кушаньям из хамсы. Из нее готовят сорок блюд: жареная, похлебка из камсы, поджаренная с луком - яхни, пирог с камсой. Для приготовления одного блюда из камсы здесь делают своеобразные сковородки из огнеупорного камня, называемый пиляки (может быть, от "пилос" - "глина" по-гречески - Автор). Сперва хамсу чисто моют, разделывают. Потом нанизывают на камышинки по 10 штук. Мелко нарезав петрушку, сельдерей, лук и порей, приправляют корицей и черным перцем. Потом на эту сковородку - пиляки кладут слой хамсы и слой вышеупомянутой приправы. Заливают все это животворной трабзонской водой и оливковым маслом. После часовой варки на сильном огне - едят. Истинно благословенное блюдо, достойное того, чтобы полюбить его". (Нужно сказать, понтийские греки до сих пор любят хамсу и умеют готовить из нее множество блюд, в том числе и описываемые Э.Челеби).

Эвлия Челеби посетил также и все колхидское побережье, когда-то принадлежавшее Понтийскому царству, от реки Чорохи до реки Псоу и дальше. В главе III ("Путь по побережью Черного моря от Трабзона на Анапу. Описание абхазских племен" см указанное сочинение) он довольно подробно описывает эти места и населяющие его племена:

(стр. 47): "Река Фаша (т.е. Фасис - Авт.) Она широка, как река Дунай… В нее входят корабли, идущие в Мегрелистан и в страну Абаза… На восточном ее берегу расположены сплошь мятежные деревни мегрелов. Западный берег является страной племени абаза - чач. (Вероятно, Челеби спутал реку Фазис с рекой Ингури, разделяющей мегрелов и абхазов в настоящее время - Авт.) Так как оба берега покрыты зарослями колючих кустарников и дремучими лесами, абаза похищают мегрелов, мегрелы - абаза и продают купцам".

(стр. 47): "Описание прекрасной области, то есть страны Абаза. Началом расположенной целиком на северном берегу Черного моря страны Абаза является река Фаша, а конечный предел - гавань Анапы, расположенная в сорока двух переходах к западу. (Далее следует довольно подробное описание абхазских племен, причем к ним Челеби причисляет и родственные современным абхазам племена адыгов, - Авт.) (стр. 49 - 55) Племя чач, арлан, чанда (скорее, "цанда" - Авт.), больших чанда, кечи, арт, садз, камыш, ( и т.д. - Авт.)".

(стр. 53) "Все племена, у которых мы побывали и земли которых мы осмотрели от этой местности вплоть до реки Фаша, живут на берегу моря…. Непокорный и мятежный этот народ числом многие сотни тысяч…. Эти абаза владеют гаванями на берегу моря. (стр. 54) Племена абаза, проживающие в горах. … Из этих вышеназванных, проживающих в горах десяти непокорных племен ни одно не может появиться на пристани среди абаза-ашагылы.

Далее Челеби даже приводит несколько десятков слов на абхазском языке и делает характерное замечание - Авт.) (стр. 55) "Очень трудные говоры, будто птичий сорочий говор. Нужно быть человеком очень смышленным, способным…, чтобы суметь вести разговор с народом абаза".

Из описания следует также, что в это время эта страна не принадлежала ни туркам, ни кому-либо еще.

К сожалению, в описании Челеби нет ни слова о людях другой племенной принадлежности, ни о значительных поселениях городского типа. Из этого можно заключить, что к этому времени греки колхского побережья уже частично ассимилировались либо были уничтожены, либо эмигрировали.

Городу Амасья, родине Страбона, которая долгое время была резиденцией понтийских царей и базой их борьбы против римлян в I в. до н.э., Эвлия Челеби также посвящает обширное повествование (стр. 66 - 76), останавливаясь на замечательных строениях, природе, пище жителей и мн. другом. Но, к сожалению, сведений о христианских жителях (в частности, о греках) мы здесь также не находим.

Полное игнорирование христианского населения в описаниях Э. Челеби показывает, что и в дальнейшем положение греков в эйялете Трабзон, как и в других областях Турции, не изменялось, т.е. не становилось лучше. Часть греков приняла мусульманство и превратилось в турок; этот процесс продолжался постоянно, ибо с принятием мусульманства человек в Турции получал все права, которыми обладали другие мусульмане. Турки, как известно, нация генетически сборная. Основной ее костяк составляют прежние дотюркские жители Малой Азии: греки, армяне, лазы, курды, сирийцы, арабы, персы, и мн. др. Тюркский элемент начал растворяться в европейском расовом типе, как считают ученые, еще на подходе к Турции в Туркмении.

Весь янычарский корпус состоял из омусульманенных христиан, еще детьми отобранных у своих родителей. Многие из упомянутых Э. Челеби мусульманских деятелей того времени были по происхождению не тюрками. В огромном большинстве случаев жены пришельцев принадлежали к местным жителям. Самыми известными деятелями были омусульманенные греки, албанцы, сербы, абхазы, и другие представители покоренных народов. Греками были по происхождению знаменитый картограф Пири Рейс, не менее знаменитый архитектор Сенан и др. Поэтому только религия и, в меньшей мере общий язык на первоначальном этапе играли цементирующую роль в Османской империи. Причем, принявший мусульманство автоматически получал значительные экономические выгоды. Поэтому не было нужды применять насильственные методы в омусульманивании жителей империи; чаще всего это происходило добровольно.

Вместе с тем, те, кто оставался верен своей религии, уже не могли подвергнуться ассимиляции в силу существования строгого религиозного барьера. В этом смысле греков, грузин, армян и другие христианские народы спасла от окончательной ассимиляции именно религия.

Судя по сохранившимся сведениям, христианские жители Османской империи в остальном мало, чем отличались от, так называемых, турок: почти та же одежда, близкий быт, владение турецким языком, определенное место в производственной структуре, и если бы не религия, ничто не смогло бы остановить быстрого их отуречивания.

ГЛАВА 3. Россия и понтийские греки

Осознание полурабского состояния, видимо, никогда не покидало христианских жителей Малой Азии. Поэтому с большим воодушевлением воспринимались действия России - православного христианского государства, направленные на расширение территории христианского мира. Разумеется, Россия пеклась только о своих интересах, когда выступала против Турции, ибо в то время Турция либо владела, либо держала под своим протекторатом почти все побережье Черного моря. Добиваясь выхода в Черное море, а затем в Средиземное, Россия не могла не столкнуться с Турцией. И, конечно, Россия рассчитывала на поддержку христианского населения Турецкой империи и открыто стала настаивать на праве покровительствовать ему. Это привело к обострению отношений турецкого правительства и самих турок с христианским населением Османской империи. Весь конец XVIII и начало XIX века охвачен борьбой христианских жителей последней, поддерживаемых Россией, за освобождение.

Движение к свободе было медленным, со многими жертвами, и результаты на первых порах были либо неудовлетворительны, либо неожиданны. Для греков Малой Азии путь обретения свободы оказался и путем потери Родины, ибо большей их части пришлось покинуть территории, на которых тысячелетиями жили их предки. Этапы движения к этой "свободе" совпадали с победами и поражениями русского оружия. Такое же трагичное значение имели для малоазийских греков войны самой Греции с Турцией.

В истории дореволюционной России принято нумеровать русско-турецкие войны, по порядку, начиная с войны 1768 г. Их насчитывают шесть. Первая русско-турецкая война велась при Екатерине ЙЙ в 1768-1774 г.г. Причиной было вмешательство России во внутренние дела Польши с целью поддержать короля Понятовского, чему противилась Турция. Война велась в Бессарабии, Молдавии (Румынские княжества; вместе с Валахией составили позже королевство Румыния), и на Северном Кавказе, в районах входивших в состав Турции или находившихся под ее протекторатом. Турция потерпела ряд серьезных поражения, в том числе и на море. В 1774 году был заключен мир в Кучук-Кайнарджи, по которому Россия получила Азов, Керчь, Еникале, Кинбурн и Кабарду; Крымское ханство было признано независимым от Турции, и за Россией признано право защиты турецких христиан. Этот пункт договора дал грекам некоторые права во внутриобщинной жизни; им было разрешено открывать церкви и организовывать школы, а также торговать с Россией.

Но эта война принесла грекам и огромное бедствие. Для затруднения действий турков Екатерина II призвала греков Пелопоннеса (Мореи) к восстанию (1770г.), но не смогла оказать им помощи. Восстание было потоплено в крови. Почти целое десятилетие после восстания Пелопоннес страдал от грабежей и насилия. Считается, что в восстании и дальнейших смутах погибло около сорока тысяч человек, примерно одна седьмая часть населения края. Малоазийские греки хотя и не пострадали в такой мере, но со стороны турок к ним усилились подозрение и недоверие.

Вторая русско-турецкая война (1787-1791 г.г.) имела причиной попытку Турции взять реванш и уничтожить невыгодные условия Кучук -Кайнарджийского мира. Турция снова потерпела сильное поражение и в Яссах (Молдавия) не только подтвердила условия Кучук-Кайнарджи, но и уступила Крым, Тамань, Очаков и левый берег Днестра. С этих пор греческие жители Османской империи находили себе убежище в Северном Причерноморье и в Крыму.

Третья русско-турецкая война (1806-1812г.г.) велась в Сербии и на Кавказе. Были взяты Анапа и Поти, а по Бухарестскому миру в 1812 году Россия получила Бессарабию. Княжества Валахия, Молдавия и Бессарабия, населенные преимущественно православными румынами, входили в состав Османской империи. Князьями (господарями) и боярами этих провинций Турции в это время с 1712 г. до 1821г. были в основном греческие поданные империи из потомков византийской знати (населявших преимущественно квартал Фанар г. Константинополя; отсюда "фанариоты"). Из этих румынских княжеств переселились в Россию многие из известных деятелей России и Греции, именно во время войн России и Турции.

В 1821 году началось восстание греков против турецкого владычества. Восстание продолжалось до 1829 года и стоило грекам огромных жертв. Множеству греков пришлось бежать с территории Турции в Россию. Восстание первоначально не только не было поддержано Россией, но Александр I осудил выступление греков против "законного" правительства турецкого султана. Но туркам не удалось подавить восстание, и греки освободили Пелопоннес. Далее события развивались таким образом, что России, Англии и Франции оказалось выгодно (а морально их понуждала к этому общественность) взять греков под свое покровительство и заставить султана признать свершавшимся факт освобождения Греции (сначала в рамках небольшой ее территории - кино Л п средне:" Греции). В 1828-1823 г.г. Россия при поддержке морских сил англичан и французов одержала несколько побед над турками. На Кавказе были заняты Карс, Ахалкалак, Ардаган, Баязет и Эрзерум, а на Балканском полуострове был захвачен Адрианополь, где в 1829 году был подписан Адрианопольский мир. Согласно ему была признана самостоятельность Греции и автономия Молдавии и Валахии. За Россией осталась Анапа и Ахалкалаки. Благодаря завоеваниям на Кавказе и покровительству России можно предполагать, что с этих пор понтийские греки получили возможность ездить в Россию (в основном на Кавказ) на заработки. Кроме того, возможно, что часть греческих жителей завоеванных территорий перешла в подданство российского императора именно в это время.

Пятая русско-турецкая война (1853-1856г.г.), начавшись довольно удачно для России, окончилась ее поражением в Крыму, благодаря вступлению в войну Англии и Франции. На Черном море в г. Синопа в декабре 1853 года Нахимов уничтожил турецкую эскадру. На Кавказе русские разбили турок у Баяэета и Курюк-Дара; в ноябре 1855 года сдался Карс. Но с весны 1854 года англо-франко-турецкие войска предприняли наступление в Крыму. После падения Севастополя (летом 1855 г.) на конгрессе в Париже 18 марта 1856 года был заключен мир. Россия потеряла свое исключительное право покровительства турецким христианам и обязалась не иметь на Черном море ни крепостей, ни военного флота (от последнего условия Россия отказалась в 1871 году).

Какими последствиями обернулось поражение России для понтийских греков, мы точно не знаем, но можно предположить, что усилился гнет и пренебрежение к "моральным" союзникам России, следствием чего, вероятно, стали массовые переселения понтийцев в Закавказье (Батум и др. города и села).

По источникам большое значение в жизни понтийских греков сыграла шестая русско-турецкая война 1877-1878 г.г. Эта война внешне была предпринята, в основном, для защиты славянского населения Балканского полуострова. Начиная с 1875 года здесь начались восстания против турецкого господства сначала в Боснии и Герцеговине, затем в Болгарии, Сербии и Черногории. Болгария была потоплена турками в крови, а сербы разбиты и их ждала та же участь, если бы Россия не потребовала от Турции заключения перемирия. В виду отказа, Россия объявила Турции войну. России эта война стоила больших жертв, но многого она сумела и добиться. По Сан-Стефанскому миру Сербия, Черногория и Румыния были признаны независимыми; Болгария в широких границах получила автономию; Босния и Герцеговина - реформу управления. Россия получила в Азии Ардаган, Карс, Батум, Баязет. Но условия Сан-Стефанского мира вызвали протест Англии и Австро-Венгрии, что привело к его пересмотру на Берлинском конгрессе в 1878 году. Здесь был подписан Берлинский мирный трактат, который свел результаты войны к минимуму. Баязет возвращался Турции, а Батум превращался в свободный, исключительно торговый порт. На Балканах тоже возникли другие взаимоотношения между заинтересованными сторонами и не в пользу славянских стран.

Понтийские греки с одобрением встретили победы русского оружия и поэтому подверглись потом притеснениям со стороны турецкого правительства. Часть греков переселилась на территорию России, русскому правительству в результате определенных обстоятельств оказалось вы­годно поддержать переселенческие настроения понтийцев. Дело в том, что на протяжении многих десятков лет (около 60 лет) Россия вела войны с горскими племенами Кавказа (в основном, с мусульманами). Особенно ожесточенным было сопротивление горцев в середине ХVII века, когда они были объединены религиозным течением мюридизма под руководством мюрида Шамиля. Но в конце 50-х годов было сломлено и сопротивление Шамиля. В 1864 году война за обладание Восточным Кавказом закончилась.

Только Западный Кавказ, расположенный вдоль берега Черного моря, оказывал еще сопротивление (племена черкесов, некоторые абхазские и родственные им убыхские племена, которые тоже часто именовали черкесами) [56]. Русские войска окружили его со всех сторон и заставили покинуть горы. После этого черкесам, убыхам и другим жителям немирных аулов было предложено выбрать одно из двух: поселиться в местах, указанных русским правительством, или выехать в Турцию. Около 65 тысяч горцев [30], в том числе почти все убыхи (45 тысяч) и садзы (20 тысяч), выбрали второе и в 1864 году покинули Кавказ; остальные подчинились русской власти.

В 1864 году было ликвидировано Абхазское княжество и царская администрация, начала проводить здесь свою политику [30]. Уже накануне ликвидации Абхазского княжества в России зрела мысль о колонизации этих мест от Кубани до Ингура казаками, которые бы служили опорой России. Почему этот план не был осуществлен, не известно. Впоследствии царская администрация поощряла колонизацию Абхазии русскими, но ничего не имела против заселения края и другими колонистами - греками, армянами, немцами, эстонцами, молдаванами, болгарами (их села существовали здесь вплоть до окончания второй мировой войны). Колонизационное движение, в основном, началось с 1887 года после абхазского восстания 1866 года. Его подавление заставило часть абхазцев центральной Абхазии уехать в Турцию. Почти полностью обезлюдели Дальское ущелье в верховьях Кодора и местность вокруг Цебелъды, население которых составляло около 20 тысяч человек. Наибольшей интенсивности колонизации Абхазии достигла после 1878 года. Русско-турецкая война 1877-78г.г. вынудила еще около 50 тысяч абхазцев из центральной части Абхазии выехать в Турцию. После этого центральная часть Абхазии совершенно обезлюдела. Прежде всего, этим воспользовались ближайшие соседи Абхазии - мегрелы, начав заселять обезлюдевшие села. Хотя такая колонизация и не входила в планы царского правительства, но серьезно воспрепятствовать ей она не могла.

В 1878 году царская администрация объявила о том, что земли оставшиеся после выселения абхазцев, будут сдаваться в аренду. На период после 1878 года приходится наибольшее число организованных здесь греческих деревень из жителей, переселившихся с территории бывшей Трапезундской империи. Но уже с начала 70-х годов достоверно существовали [24] (с.18) здесь села, (например село Георгиевское) основанные выходцами из Понта. По данным [24] (с.19) еще раннее того, в 60-х годах были основаны в Абхазии поселения переселенцами из Ставрополья. Это тоже были понтийские греки, но когда и как они попали на Ставрополье, точных данных у меня нет.

Как и в войну 1854-1837 года, в период военных действий 1878 -79 г.г. Англия и Франция вынудили Грецию сохранять нейтралитет. На берлинском конгрессе (в 1878г.) было решено присоединить к Греции значительную часть Эпира и Фессалии, но на берлинской конференции в июле 1880 года, созванной для урегулирования границы между Турцией и Грецией, эта территория была наполовину урезана и присоединена лишь часть ее к югу от рек Саламврия и Арта. Крит и многие острова Эгейского моря оставались во владении Турции. Здесь несколько раз вспыхивали восстания за освобождение от турецкого владычества и присоединение к Греции. Но европейские державы, в том числе, как ни странно, и Россия, вынуждали Грецию не вмешиваться в дела критян. Это приводило к страшному опустошению среди населения островов (Хиос, Крит и др.). В 1896 году новое восстание на острове Крит вызвало в Греции сильное национальное возбуждение и правительство не смогло удержать греков в стороне от этого конфликта. В 1897 году началась греко-турецкая война, окончившаяся полным поражением греков. Благодаря вмешательству великих держав, Турция освободила занятые в ходе военных действий территории, но Греции пришлось заплатить контрибуцию в 4 млн. турецких фунтов и согласиться на исправление в пользу Турции в стратегическом отношении фессалийской границы.

Поражение Греции не могло не сказаться на положении греков на территории Турции. Относительно запада Малой Азии есть свидетельство об этом русского журналиста [25]; его репортажи о греко-турецкое войне оправдывают турецкие меры в отношении греков, поэтому этим свидетельствам можно доверять (Я не могу не остановиться на оценке этого произведения не из-за патриотических чувств, а с точки зрения достоверности отображаемой в источниках информации. Эти репортажи, по-видимому, писались по заказу русского правительства и должны были восстановить читателя против греческой интервенции, ибо российский император считал в тот момент, что изменения в юго-восточной Европе не выгодны России. И вот мы видим циничное оправдание турецкой жестокости на фоне осуждения стремлений греков к освобождению своих территорий. В то же время, и автор этого не скрывает, в России существовал и другой взгляд на греческие проблемы, куда как более мягкий).

Так вот, рассказывая о Смирне (тур. Измир), автор мимоходом замечает [25] (с.177), что "в городе несколько сот тысяч жителей, среди которых сорок тысяч греков. Этим сорока тысячам предложено оставить Смирну в пятнадцатидневный срок. Греков высылают по случаю войны, опасаясь бунта". Куда высылают, корреспондент не уточняет. Вот еще упоминание такого рода [25] (с.204): "Грекам в Константинополе предложено: или принять турецкое подданство, или покинуть город в течение недели. К остающимся в городе грекам турки не проявляют ни малейшего недоброжелательства". Насколько коснулись подобные выселение понтийских греков, сведений у меня нет. Но по всей видимости, отношение к грекам резко обострилось по всей Турции, что не могло не подтолкнуть греков к переселению в Россию, Грецию и другие страны.

Что отношение турок к христианам было не таким мягким, как рисует автор [25] подтверждается его упоминанием [25,с.194] происшедшей незадолго до греко-турецкой войны так называемой "армянской резни" (первой из них). Армяне проживали в основном на востоке Малой Азии, на территории своей исторической родины. Здесь [26] до сих пор живут, постепенно ассимилируясь, мусульманизированные нетюркские народы: от трех до шести миллионов курдов; около полумиллиона арабов, около ста тысяч лазов, аджарцы, грузины, абхазы, черкесы, азербайджанцы, туркмены. На рубеже XIX и XX веков здесь же жило около 2,5 млн. армян, несколько десятков тысяч ассирийцев, греков и других христианских народов.

Воспользовавшись обострением отношений мусульман к христианам, вызванном действиями России, Султан Абдулхамид II (1876-1909г.г.), прозванный за свою жестокость "кровавым", начал истребление христианского (в основном армянского) населения Турции. Он разжег религиозный фанатизм курдов и натравил их на армян и других христиан и спровоцировал в конце концов армяно-курдскую резню. Избиение армян перекинулось и на другие местности, где обитали христиане. Для планомерного уничтожения христиан Османской империи султан создал особую иррегулярную кавалерию из курдов, черкесов, азербайджанцев, названную по его имени "хамадие". Точных данных о судьбах понтийцев, подвергшихся репрессиям в этот период, нет.

Более определенные данные существуют о последствиях как для армян, так и для понтийских греков, второй волны "армянской резни", имевшей место в годы первой мировой войны в 1915-16 г.г. Турция выступала в этой войне на стороне германо-австрийцев, хотя существенных действий не предпринимала. Существует мнение [26], что именно по совету кайзеровского генштаба турецкие власти приступили к поголовному выселению из Восточной Анатолии всех армян и других христиан в глубинные районы Османской империи - Ирак, Сирию... Во время этого "переселения", которым "руководили" банды фанатиков-панисламистов и пантюркистов (в частности, "младотурки" и др. представители националистических партий), погибло от убийств, голода и болезней до миллиона армян (по другим данным до 1,5 млн. человек). Остальные бежали в другие страны. Пострадали в это время и греки, симпатизировавшие армянам и часто укрывавшие их от гибели. О количестве пострадавших греков данных нет. Но более серьезными массовыми были последствия и другого рода: среди греков распространилась молва о том, что следующими на очереди после армян будут греки. Поэтому на 1915-18 года приходится еще одна большая волна переселения греков-понтийцев на территорию России.

Но мы несколько забежали вперед. Между войной 1897 года и второй "армянской резней" 1915-17 г.г. имел место еще один инцидент, который, по-видимому, еще более обострил и без того острые отношения между Грецией и Турцией и отразился на судьбах понтийцев.

В 1912 году разразилась Балканская война [27] (с. 306), в которой приняли участие Сербия, Болгария и Греция, с одной стороны, и Турция с другой (в этой войне приняли участие и многие другие народы, испытывавшие турецкий гнет, но официально война происходила между вышеупомянутыми сторонами). Война развивалась чрезвычайно стремительными темпами. Отвечая на ультимативные требования Сербии и Болгарии, 5 октября 1912 года Турция объявила им и Греции войну. А уже к 20 октября из 170 тысяч квадратных километров, принадлежавших Турции на Балканском полуострове, оставалось только шесть тысяч квадратных километров - небольшая полоса на Константинопольском полуострове. 22 ноября 1913 года было подписано перемирие между воюющими сторонами. Но успехи коалиции, противостоявшей Турции, были существенно урезаны европейскими державами. Тем не менее, все страны коалиции сделали территориальные приобретения и утвердили свою независимость. В частности, Греция присоединила часть Северной Греции с Салониками (тогда Солунью) в качестве центра. Разумеется, эта война подготовила то неприязненное отношение, которое турки проявили к грекам через 4-5 лет во время "армянской резни".

На 1917-18 г.г. приходится последний массовый выезд понтийских греков в Россию. После установления Советской власти в Закавказье в 1921 году граница была закрыта и нет сведений, что через нее просачивались существенные массы людей. Правда в 1921-22 г.г. разразилась для Греции, так называемая "Малоазийская катастрофа", (о которой мы подробнее расскажем ниже), в результате которой последним остаткам греческого населения Турции пришлось покинуть свою родину. Но в это время основная часть малоазийских и, в том числе, понтийских греков переселилась в Грецию, а не в Россию, во-первых, потому что были закрыты границы последней, а, во-вторых, потому что переселение осуществлялось по договоренности между правительствами Греции и Турции в виде обмена населением.

Тем не менее, Россия имела непосредственное отношение и к "малоазийской катастрофе"; более того, как выяснилось в последнее время [30], к ней имела некоторое отношение и маленькая Абхазия. Кратко изложу суть дела.

ГЛАВА 4. Первая мировая война и ее последствия

Мировая война, начавшаяся в Европе между австро-германским блоком, с одной стороны, и коалицией Англии, Франции и России - с другой, втянула в свою орбиту 38 государств мира с населением свыше 1,5 миллиардов человек.

В первые годы мировой войны (1914 - серед.1917 г.г.) греки объявили о своем нейтралитете [28]. Однако Англии и Франции удалось втянуть Грецию в войну против Германии, и 29 июня 1917 года Греция объявила ей войну. В середине сентября 1918 года греческая армия в составе англо-французских войск прорвала болгарский фронт, а 29 сентября было подписано Салоникское перемирие, и военные действия прекратились.

Но революция в России в 1917 году существенно изменила интересы европейских держав. Стремясь ограничить развитие революции, они выступили объединенными силами против Советской России, поддерживая внутри России "белую" армию. Попытка воевать на территории России успеха не имела. Так, в частности, в январе 1919 года Греция по настоянию Антанты приняла участие в интервенции против Советской России в районе Одессы, Херсона и Николаева (в составе Французского экспедиционного корпуса). Однако уже в апреле им пришлось спешно эвакуироваться. Поэтому страны Антанты обратили существенное внимание на сдерживание распространения революции и новой религии - коммунизма.

Разумеется, здесь были и прямые экономические интересы, но, по-видимому, Турция насторожила европейские страны своей собственной революцией, в которой первоначально были и социалистические тенденции. Во всяком случае, большевистская верхушка с Лениным во главе была в тот период убеждена, что события, в Турции подтверждают марксистско-ленинскую идею о развитии "мировой революции". Поэтому, подталкиваемая извне Англией и возбужденная изнутри идеей о создании "Великой Греции" на территориях, до османского завоевания принадлежавших грекам, в мае 1919 года Греция высадила свои войска в Турции. Пользуясь поддержкой Англии, США, Франции и Италии, Греция в 1919-1920 годах добилась значительных успехов. На Парижской мирной конференции Англия добилась передачи Греции всей Фракии, европейского берега Дарданелл, Галлипольского полуострова и Измира (Смирны) со сто­километровой полосой вдоль побережья. Эти завоевания 10 августа 1920 года были зафиксированы в Севрском мирном договоре, но реализации этого договора не суждено было осуществиться. Новая турецкая армия, организованная в 1919-1920 годах молодым генералом Мустафой Кемалем (больше известным под фамилией Ататюрк) продолжила боевые действия против Греции и добилась победы.

Мустафа Кемаль был сыном мелкого чиновника из Салоник [29]. Это был, несомненно, чрезвычайно талантливый человек, как в военном деле, так и в политике он осуществил, казалось бы, невозможное и, по-видимому, совершенно заслуженно получил от турок прозвище Ататюрк (отец турок). Достаточно сказать, что единственная победоносная операция со стороны Турции в первой мировой войне была осуществлена именно Кемалем, который, практически, не знал в этой войне поражения. Именно поэтому в результате придворных интриг при дворе султана Кемалъ был отправлен в 1919 году в Восточные провинции. Прибыв 9 мая 1919 года в г. Самсун на Понтийском побережье, Кемаль вопреки приказу султана начинает организовывать армию. Ему существенно помогли два обстоятельства. Первое - внутреннего характера: Сервский мирный договор 1920 года потряс всю страну; согласно ему Киликия и часть Центральной Анатолии (т.е. Малой. Азии) должны были отойти к Франции, Южная Анатолия - к Италии, Западная Анатолия с Измиром - к Греции, а Восточная часть страна переходила к армянам и курдам. Турции оставалась незначительная территория в окрестностях Стамбула и часть Анатолии. Под знаменами Кемаля собрались все патриотические силы страны, и это, конечно, сыграло свою роль в достижении победы. Но, видимо, не учитывая второго обстоятельства, нельзя до конца понять такой поворот событий. Дело в том, что с Турцией воевала не только маленькая, нищая Греция, но и французы, англичане и итальянцы, а Греция тоже опиралась на их экономическую помощь.

Думается, что без экономической поддержки со стороны вряд ли удалось бы плохо обученной армии Кемаля осуществить такой подвиг. Не представляет секрета, откуда он получил эту помощь [29] (с.55): "Кемаль знал, что единственным союзником Турции в освободительной войне была Советская Россия, помощь которой в большой степени способствовала достижению победы... Кемаль в 1921 году заключил с Россией Договор о дружбе и братстве, который еще больше укрепил независимость Турции; советское правительство освободило Турцию от всяких денежных и прочих обязательств по договорам, заключенным ею с царской Россией". Через несколько месяцев после этого Турция заключила дружественные договоры и с советскими Закавказскими республиками.

Но советское правительство (а конкретнее Ленин) не только "освободило Турцию от обязательств", по и выделило огромную по тем времена (и тем более для голодающей. и разоренной России) сумму в 21 млн. золотых рублей для поддержки "национально-освободительного" движения. Более подробные данные содержатся, например, в [26] (с.127): "Огромное впечатление в Турции произвел тот факт, что Советское правительство обнародовало и аннулировало тайные договоры о разделе Османской империи, заключенные царской Россией со странами Антанты. Вместо врага - русского царизма - на севере Турции появился друг - революционная Россия... 23 апреля 1920 года в Анкаре открылся новый турецкий парламент, созванный кемалистами. Он получил название "Великое национальное собрание Турции" (ВНСТ). Его первым внешнеполитическим актом было письмо, направленное 26 апреля 1920 года Ленину и подписанное Мустафой Кемалем. В письме предлагалось установить дипломатические отношения между борющейся Турцией и Советской Россией, содержалась просьба о помощи турецкому национально-освободительному движению. Москва незамедлительно откликнулась. Советское правительство первым в мире признало правительство кемалистов и установило с ним дружественные отношения. В июле 1920 года в Москву прибыла турецкая делегация. А в августе в Турцию была доставлена первая партия оружия из Советской России... Несмотря на тяжелое положение молодой Страны Советов, кемалистам по инициативе Ленина была оказана большая безвозмездная помощь вооружением, боеприпасами, деньгами. Только в 1921 году Турция получила от Советского правительства свыше 33 тысяч винтовок, 327 пулемётов, 54 артиллерийских орудий, 58 миллионов патронов, 130 тысяч снарядов, другое снаряжение и шесть с половиной миллионов рублей золотом. Размеры и значение этой помощи станут понятны, если учесть, что турецкие силы... насчитывали летом 1921 года 56 тысяч бойцов, имели 440 пулеметов и 162 орудия. В 1921 году в Анкару прибыла советская делегация во главе с М.В.Фрунзе. Советы этого прославленного полководца времен гражданской войны во многом помогли командованию турецкой национально-освободительной армии".

Анализируя этот поступок (дар) Ленина, можно было бы вполне сослаться на необходимость защиты южных границ России от Европейских государств и этим оправдать его, если бы не два противоречащих этому факта. Во-первых, южным соседом России становилась Армения, но не европейские страны; во-вторых, Турция всегда выступала против России и ее сохранение не могло рассматриваться как гарантия безопасности южных границ. (Тем более, что Турция уже захватила южные области Грузии). Известно также, что по существовавшим тогда обстоятельствам вся Армения могла войти в состав Советского Союза. Напротив, Россия отдала Турции часть своей территории: Карс, Ардаган, Эрзерум с прилегающими областями.

Таким образом, решение Ленина невозможно понять, если не учитывать, что и Ленин, и Троцкий, и вся большевистская верхушка была в то время совершенно убеждена в истинности идеи "перманентной революции". По Ленину революция в России была только первым шагом к мировой революции (т.е. распространению пролетарской революции во всем мире), предсказанной теорией Маркса-Энгельса (Ленин был убежден, что в Турции совершается именно пролетарская революция [26] (с.133). Любое национальное движение в мире Ленин и его соратники воспринимали, как начало этого процесса (см. "Россия во мгле", Г.Уэллса). О том, какие гигантские суммы тратились последователями Ленина - Сталиным, Хрущевым, Брежневым - на поддержание "мировой революции", мы сейчас начинаем узнавать. Но тот факт, что начало этому было положено Лениным, до сих пор затушевывается. Очень интересно и то, что поворот событий в Турции оказался весьма неожиданным для большевиков, хотя впоследствии в Советском истории это повторялось неоднократно. Поиграв с большевиками в "коммунизм" и использовав их деньги для создания мощной армии, Кемаль полностью отрекся от социалистической направленности своего движения. Всякая мысль о реформах, направленных на ликвидацию частной собственности в пользу общественной, им искоренялась беспощадно. Он ликвидировал даже независимые профсоюзы. Полулегальные коммунистические газеты были закрыты, а существовавшую недолго коммунистическую партию он объявил вне закона. Уже в 1921 году он жестоко расправился с руководителями коммунистической партии в Трабзоне (как не вспомнить тут Насера и многих других правителей, почему-то именно восточных стран, проделавших то же самое через много лет после Ататюрка.).

В этой истории интересно то, что и коммунисты, и Ататюрк начинали свою деятельность в Понте, в довольно отсталой провинции Турции. По-видимому, это не совсем случайно. О том, что коммунисты в распространении своей религии опирались на наиболее бедные и даже пауперизированные слои населения известно, и это имеет объяснение. Но и Ататюрк, по-видимому, не случайно начал свою деятельность в Самсуне. Некоторый свет на эти события проливают документы из архива руководителя Абхазии Н.А.Лакоба [30] (с.80-83).

В августе-сентябре 1920 года в Баку был созван по инициативе Ленина I съезд народов Востока. Вслед за этим событием в сентябре 1920 года в Баку была основана Компартия Турции