МЕТОДОЛОГИЧЕСКОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ

Главной - методологической - идеей настоящего исследования оценок и предложении сторон переговорного процесса является идея системности. Это означает, что все оценки и предложения, "конструктивные" и "неконструктивные", независимо от их принадлежности позициям и интересам сторон, рассматриваются как заявления определенных системных ориентиров, которые совокупно являют системную природу предлагаемых оценок и решений. Поэтому привлечены все известные оценки и предложения появлявшиеся за последние десять лет в периодической печати, в авторских изданиях и сборниках, достоверность которых не вызывает сомнений или может быть легко установлена, для чего все данные об источниках и авторстве сохранены в выборках всех сторон переговорного процесса.
Переговорный процесс по абхазо-грузинскому урегулированию и заявления о том, что переговоры зашли в тупик, согласно датируются обеими сторонами десятью годами и тут налицо полный консенсус. В Известиях от 26-го августа 1992г. Бесик Уригашвили отметил, что "переговорный процесс, кажется, окончательно зашел в тупик, стороны остались при своем. Более того, расколовшийся надвое по национальному признаку абхазский парламент законодательно оформил гражданское противостояние". Ни одна сторона не была готова на уступки, компромисс не возможен, при этом расхождения системные, а "наибольшую опасность грузино-абхазскому столкновению придает даже не угроза войны как таковой, а то, что в этом конфликте не будет ни правых не виноватых. Точнее, ими одновременно будут (уже есть) обе стороны. (…) …урегулирование межэтнических конфликтов - это всегда частичная несправедливость. (…) …пример Карабаха показывает, что Запад пока еще не придумал как ему реагировать на происходящие в этом регионе катаклизмы. (…) …от сегодняшней позиции Грузии зависит завтрашняя судьба России" (Даниил Коцюбинский. "Смена", 1 сентября 1992г.).
Известный правозащитник Александр Подрабинек, в "Экспресс хронике", № 36, сентябрь 1992г., одну из причин обострения конфликтов видит в том, "что надежды на приверженность посткоммунистических лидеров демократии и правам человека весьма иллюзорны (…) ошибку, бессчетное количество раз совершенную всеми тираниями, повторяют сегодня бывшие первые секретари: народы нельзя покорять силой. Чем быстрее поймут это вчерашние партфункционеры, чем скорее они исчезнут с политического горизонта, тем больше у нас будет шансов на мир, на подлинный мир…". И особо стоит отметить, что все стороны конфликта, способствовавшие заведению процесса в тупик, примерны в одном: все они апеллируют к международным актам по правам человека - это, пожалуй, то единственное, в чем достигнут полный и абсолютный консенсус.
В развитии конфликта участвовало много сторон, и еще больше сторон принимают участие в его разрешении. У каждой из них, или почти у каждой есть свой взгляд на проблему и свои подходы к ее решению. И все это определяется интересами каждого участника, потому предложения, несмотря на констатации и оценки практически одинакового свойства, по существу отличаются и, как правило, им присваивается концептуальное значение.
С самого начала развития конфликта в нем прямо или опосредованно участвует мировое сообщество, но последние десять лет показали, что это не приблизило пока процесс урегулирования к выходу из тупика. Для выхода из этой ситуации необходимо осмыслить происшедшее в переговорном процессе за десять прошедших лет и расставить приоритеты всех участников урегулирования по признакам схождений и расхождений их оценок и предложений. И поскольку за прошедшие 10 лет стало окончательно ясно, что в разрешении обоих конфликтов - абхазо-грузинского и осетино-грузинского - реально участвуют Запад и Россия, постольку оценки и предложения легко группируются и могут быть сравнены в системно-аналитических уровнях.
Группы условий оценок и предложений непосредственных субъектов конфликта, а равно и Запада с Россией, представленные здесь, взяты из специальных и периодических изданий прошедших 10 лет. Опыт послевоенных урегулирований, с которым Запад, Россия и непосредственные субъекты конфликта вступили в переговорный процесс, существенно различается. Для иллюстрации достаточно простого сравнения: после Второй Мировой Войны, гигантских разрушений, многомиллионных масс беженцев, репараций и контрибуций, Европа за 10 лет решила все послевоенные проблемы, а потерпевшая поражение фашистская Германия, территориально урезанная, даже и без Восточной Германии, в результате специальных программ постфашистской санации (дефашизации), стала экономическим лидером Европы и оплотом антифашизма. И за тот же десятилетний срок не найдено решения абхазо-грузинского конфликта, как равно и осетино-грузинского, практически не решена даже проблема возращения беженцев. При этом глобальные масштабы первого случая не идут ни в какое сравнение с примерами второго случая, локальными даже для Кавказа. Поэтому важно понять - что и насколько различает оба этих случая кроме дистанции в 50 лет и географии.
Для большей наглядности сгруппируем условия оценок и предложений всех сторон, сведя их в своего рода дайджесты начального (1992-1993гг.), среднего (1994-1998гг.) и последнего (1999-2002гг.) периодов заявления переговорных интересов.